Российские власти требуют от граждан все более активного участия в войне против Украины — не только на передовой, но и в тылу. При этом все чаще звучат жалобы на то, что руководство страны не слышит даже тех, кто изначально поддерживал «спецоперацию».
Выступая на форуме «Малая родина — сила России», Владимир Путин призвал граждан работать в тылу «ради фронта», сравнив нынешнюю ситуацию с временами Второй мировой войны. По его словам, тогда победе способствовали даже «бабушки и дети, которые носочки вязали» для фронта. Однако сегодняшняя война идет уже дольше той части Второй мировой, которую в России называют Великой Отечественной, а в обществе накапливается усталость, а не энтузиазм.
Победа в тёплых носках?
История про «тёплые носочки» выглядит как примитивная агитация, рассчитанная скорее на детское восприятие. Она воспроизводит упрощённый советский пропагандистский миф и мало соотносится со сложной реальностью большой войны. Носки для фронта действительно вязали, но это делали не только в СССР: в нацистской Германии тоже существовали программы волонтёрской помощи армии. Однако те самые «носочки» Германии победы не принесли.
Сегодняшнему российскому руководству уже недостаточно той волонтёрской активности, которую демонстрирует часть общества, поддерживающая войну или, по крайней мере, «своих бойцов». В последние недели усиливается давление на всех остальных: предлагается «добровольно» финансировать военные нужды крупному бизнесу, повышаются налоги для малого и среднего предпринимательства, а школьников по всей стране всё чаще вовлекают в сборку дронов «в свободное от учёбы время». Призыв «всё для фронта, всё для победы» фактически становится новой нормой.
При этом подобные заявления звучат на фоне заметного падения рейтингов доверия к президенту даже по данным официальных социологических служб и рекордного роста доли тех, кто выступает за завершение войны. В социальных сетях распространяются обращения с рассказами об усталости и раздражении людей — от резкого падения уровня жизни до страха перед дальнейшей эскалацией мобилизационных мер.
Когда власть перестаёт слышать страну
Речь о «носочках» — лишь проявление более широкой тенденции: курс на игнорирование неудобной реальности. Призыв «отдавать все силы тылу во имя фронта» прозвучал вскоре после того, как правительству было фактически приказано не жаловаться наверх на падение экономики, а заниматься поиском «точек роста». Вариант «прекратить войну» при этом исключён из обсуждения: любой чиновник, осмелившийся его озвучить, в лучшем случае рискует карьерой.
Субъективная уверенность Кремля в возможности военной победы над Украиной и восстановления устойчивости экономики сейчас подпитывается внешними факторами. Резкий рост цен на энергоносители на фоне конфликта вокруг Ирана временно усилил доходы российского бюджета, а часть санкционных ограничений на экспорт нефти была фактически смягчена. Это создаёт иллюзию, будто сама международная конъюнктура подтверждает «историческую миссию» нынешнего курса.
Деньги для войны вместо развития
Даже дополнительные нефтегазовые доходы, возникшие благодаря изменению мировой обстановки, в первую очередь направляются не на поддержку экономики и не на модернизацию страны, а на продолжение войны против Украины. В официальных речах создаётся картинка, где «бабушки вяжут носки», а дети и школьники собирают дроны, объединённые общей целью. В действительности же фермеры вынуждены забивать скот, малый бизнес закрывает кафе и магазины под грузом налогов и падения спроса, а крупный капитал по‑прежнему ищет способы вывести средства за рубеж.
Привычная после 2022 года тактика заливать возникающие проблемы деньгами больше не срабатывает — ресурсы ограничены, а эффекта становится всё меньше. На этом фоне даже самые лояльные системные политики начинают публично говорить о риске «революционных настроений» уже в ближайшие месяцы.
Часть наблюдателей надеется, что растущее напряжение вынудит власти хотя бы начать ограниченную «оттепель» и реальные переговоры о прекращении войны. Но другая часть ожидает противоположного — усиления внутренних репрессий. Уже предпринимаются шаги к дальнейшему ужесточению карательной системы, чтобы проще было выбивать признания и подавлять любое инакомыслие.
Если этот курс сохранится, в роли «внутреннего врага» всё чаще будут оказываться не только активисты или те, кого уже записали в «нежелательные» и «иноагенты», но и обычные граждане, которые не готовы бесконечно терпеть ухудшение жизни и «вязать носочки» на пустой желудок.
