Кризис топлива обнажил разнородную реакцию губернаторов: молчание там, где ситуация наиболее остра.
По данным монитора центра региональных исследований, к июню переработка нефти упала на 25% в годовом выражении — минимум за двадцать лет. Более 40 регионов ввели ограничения на продажу бензина, а 1 июля частные АЗС впервые перешагнули отметку в 100 ₽ за литр.
47% глав выбрали «ручное управление» — лично вводили лимиты и обращались в федеральный центр. 38% молчали: ситуацию комментировали пресс‑службы, ведомства или ФАС. Ещё 9% указывали на ответственность Москвы или внешних факторов.
Молчали при этом самые пострадавшие: в оккупированном Крыму с 26 июня действовал режим ЧС, на частных АЗС бензин доходил до 380 ₽ за литр, при государственной цене около 79 ₽ — Сергей Аксёнов призывал «набраться терпения». Олег Кожемяко в Приморье не прокомментировал ситуацию.
Максимальную активность показывали регионы с управляемой ситуацией: Ивановская область, Якутия, Кузбасс.
Единственная устойчивость — у молчунов средний срок в должности 8 лет, больше, чем у остальных.
23 августа Путин назвал происходящее «определенными неудобствами», за которые отвечает правительство. Губернаторский корпус воспроизвел эту архитектуру ответственности почти дословно.
