Физик о статусе учёного-«иноагента»: «Это симптом очень опасной болезни»
Российский учёный, включённый Минюстом в реестр «иноагентов», с 1990‑х годов живёт и работает в США. Он занимает должность заслуженного профессора в Университете Северной Каролины и возглавляет Центр нанотехнологий в доставке лекарств. На его счету более 350 научных публикаций и как минимум 36 патентов США. Суммарное число цитирований превышает 57 000, индекс Хирша — 120.
При этом, как подчёркивает физик Андрей Ростовцев, учёный внёс значительный вклад в формирование новых научных направлений и в России.
«Он действительно болел за своё дело и делал всё возможное, чтобы создать научную школу, помогать молодым учёным публиковать результаты своих работ в престижных международных журналах. К сожалению, сегодня Россия ведёт себя подобно варвару, демонстративно унижая тех, кто прежде оказывал ей всестороннюю помощь и поддержку», — говорит Ростовцев.
По его словам, затянувшаяся война создала условия, при которых «посредственность получила возможность выйти на поверхность — и в политике, и в сфере науки и образования».
«Один мой хороший знакомый говорил, что раньше эту посредственность можно было легко загнать тапком обратно под плинтус, из‑под которого она выползала. Но теперь, в атмосфере разлагающейся правовой среды, такое противодействие стало невозможным и даже опасным. Ведущие мировые научные центры один за другим объявляются в России нежелательными, научно развитые страны — недружественными и враждебными. Неудивительно, что отдельные учёные, сохранявшие контакты с русскоязычной аудиторией, тоже получают клеймо “иноагентов”. Это симптом очень опасной болезни», — считает он.
Неделей ранее в перечень «нежелательных организаций» был внесён Стэнфордский университет, а глава Минобрнауки Валерий Фальков потребовал от российских вузов обеспечить отправку в армию 2% студентов.
