Реакция Кремля на предложение о встрече
Владимир Путин прокомментировал открытое письмо президента Украины с предложением провести личную встречу и объявить прекращение огня на время переговоров. По его словам, он «с утра бегло посмотрел эту бумажку, которую подсунул Песков» и не видит сейчас смысла в личной встрече.
Я никогда не отказывался от встречи с Зеленским. Но не хочется переливать из пустого в порожнее.
Путин охарактеризовал письмо как «бумажку с элементами хамства» и пояснил, что встреча на высшем уровне имеет смысл лишь после выработки конкретных договорённостей. По его мнению, в текущей ситуации инициатива Киева преследует цель остановить наступление российских войск.
Замечания о легитимности и гарантах
Российский лидер вновь затронул тему легитимности украинского президента, заявив, что тому следовало бы «не бояться идти на выборы и действовать в рамках основного закона», поскольку пребывание у власти без выборов он назвал «узурпацией власти». В то же время выборы в Украине сейчас невозможны из‑за военного положения.
Комментируя вопрос международных гарантий возможных соглашений, Путин отметил, что дополнительные гарантии «всегда не помешают», и выразил недоумение тем, что Киев якобы не рассматривает в этой роли бывшего президента США Дональда Трампа. По его словам, Трамп «на глазах у всего мира занимался воспитанием» нынешнего украинского лидера, но у американского политика «есть ещё над чем работать».
Товарищи солдаты и матросы, старшины и мичманы, генералы. Вся страна смотрит на вас и надеется на вас. Работайте, братья!
Содержание письма Зеленского
4 июня президент Украины опубликовал открытое письмо с предложением прямых переговоров, личной встречи лидеров в нейтральной стране и полного прекращения огня на время переговоров. Он также предложил обмен военнопленными по формуле «всех на всех» и призвал к завершению войны.
В письме украинский лидер резко критиковал российское руководство, возложив на него ответственность за конфликт, потери армии, международную изоляцию и экономические последствия, и настаивал, что линия фронта должна стать отправной точкой для дипломатического урегулирования при сохранении независимости Украины.
